Национальная Третейская Палата
Арбитраж
Практика
Судебный прецедент
В настоящем разделе собраны прецедентные решения государственных судов - как арбитражных, так и общей юрисдикции, - связанные с третейским разбирательством. Собранные решения не являются «верными» или «ошибочными», они просто являются характерными в том смысле, в котором государственные суды формируют единый правовой подход к решению той или иной проблемы, связанной с третейским разбирательством. Поскольку судебная практика не стоит на месте, то сформированный единожды подход может впоследствии меняться, и различные практикообразующие судебные акты могут не только входить друг с другом в скрытый конфликт, но и открыто противоречить друг другу. Так или иначе, раздел носит в первую очередь практический характер, и существующая судебная практика государственных судов представляется в нём такой, какая она есть, без купюр или устранения внутренних противоречий.

11 мая 2017 г.
267


Постановление АС МО от 28 февраля 2017 г. по делу N А40-219464/16-52-430

ФАБУЛА ДЕЛА.

Российско-сингапурский арбитраж рассмотрел спор между двумя российскими юрлицами. Место арбитража было указано Сингапур, хотя судья (А.В. Кравцов), стороны находились в России.  Заявитель просил привести в исполнение как решение иностранного арбитража. В приведении в исполнение было отказано по мотиву нарушения  публичного порядка.  При этом суд отметил, что такой арбитраж следует считать внутренним, а спор не мог быть передан на разрешение в иностранный арбитраж. ФАС МО указанное решение отменило. На повторном рассмотрении спора в приведении в исполнение так же было отказано.

 



КОММЕНТАРИИ СПЕЦИАЛИСТА.

Судебный акт комментирует Михаил Эдуардович Морозов,
председатель Правления  Национальной Третейской Палаты
,
председатель Сибирского третейского суда,
старший преподаватель Новосибирского Государственного Университета



Указанное дело вызвало большой резонанс в юридической общественности. Предметом обсуждения были два вопрос о разграничении понятий внутреннего и международного арбитража, определения места арбитража и возможно ли внутренний спор, не осложненный иностранным элементом передать в иностранный арбитраж. С формальной точки зрения, прямой запрет на передачу спора в иностранный арбитраж  в российском законе отсутствует. С другой стороны введенная много лет назад правовая фикция, что   месте арбитража  то которое указано в решении долгое время не вызывала проблем. Ровно до начала реформы внутреннего арбитража. Поэтому данное дело все рассматривали исключительно как прецедент который должен дать ответ возможен ли обход закона "Об арбитраже" путем смены юрисдикции.  

Позиция суда «приводятся в исполнение решения вынесенные на территории государства иного , чем государства где испрашивается приведение в исполнение.... Судебное заседание проведено и решение фактически принято по адресу г Москва "»

М.Э. Морозов.  В вопросе о  разграничении внутреннего и международного арбитража, а точнее нужно ли применять Нью-Йоркскую конвенцию, суд исходил из того, что в этом вопросе ключевым является место рассмотрения спора. В решении  он опирался, что адрес заседания и вынесения решения указан в нем самом. Поэтому, он лишь по формальным признакам отказался считать его иностранным не разрешив вопрос принципиально. Ведь если в решении будет указан иной адрес, то указанное обоснование станет невозможно.



Позиция суда «фактически данное решение является третейским решением, принятым на территории РФ, по порядок принудительного исполнения которого регулируется главой 30 АПК РФ»
М.Э. Морозов. Тут возникает та же проблема - недостаточность мотивировки. Указание, "фактически"  вряд ли уместно в таком прецедентном судебном акте без детального обоснования.

 
Позиция суда «не допускается злоупотребление правом ..... Между тем, председатель и арбитр оказывал услуги сторонам"

М.Э. Морозов. Спорить с этим трудно. Хотя в данном случае имеются ввиду нарушение принципа независимости и беспристрастности арбитра, что в принципе отдельное основание для отказа в выдаче исполнительного листа никак не связанное с вышеизложенной аргументацией.
В итоге осталось ощущение, что топорный эксперимент по проверке нового алгоритма обхода закона получен такой же топорный ответ который не дает принципиального ответа на поставленные вопросы. Ведь достаточно просто тщательнее подойти к оформлению третейского дела и вся аргументация суда утратит свое значение.
Ваше имя:


Написать комментарий:


АКТУАЛЬНЫЙ НОМЕР: Журнал «ТРЕТЕЙСКИЙ СУД» №1 за 2017 год
  

НОМЕР 1 ЖУРНАЛА «ТРЕТЕЙСКИЙ СУД» В 2017 ГОДУ

Г.В.Севастьянов, к.ю.н., главный редактор журнала

НОВОЕ ТРЕТЕЙСКОЕ ВРЕМЯ - ПОДВОДИМ ИТОГИ И НАЧИНАЕМ ПРОЕКТЫ

«...За несколько последних столетий ученым и практикам так и не удалось найти общий вектор в понимании основ арбитража, как внутреннего, так и международного.

И все же, акцент на непреходящей актуальности необходим, т.к. от понимания правовой составляющей третейского разбирательства напрямую зависят результаты деятельности третейских и компетентных государственных органов, развития законодательства.

Проиллюстрировать это вполне возможно особенностями правоприменительной практики и законотворческой техники, которая либо «созвучна» «духу» арбитража как институту саморегулирования гражданского общества, что подчеркивает Конституционный Суд РФ в своем историческом постановлении №10-П от 26.05.2011, либо «диссонирует» с ним.

Настоящий номер журнала также позволяет проникнуться всей пестротой воззрений на природу третейского разбирательства и альтернативного разрешения споров в целом. Так, если О.А.Поротикова в своих рассуждениях об арбитражном соглашении по корпоративным спорам анализирует его с позиции гражданско-правовой сделки, то Р.Н.Бутенко, исследуя правовую природу адъюдикации, считает ее близкой к смешанной природе третейского разбирательства, которую хоть и разделяет О.А.Малов, однако при характеристике гражданско-правовой ответственности арбитров исходит из договорной и процессуальной теории арбитража...»