Национальная Третейская Палата
Арбитраж
Практика
Судебный прецедент
В настоящем разделе собраны прецедентные решения государственных судов - как арбитражных, так и общей юрисдикции, - связанные с третейским разбирательством. Собранные решения не являются «верными» или «ошибочными», они просто являются характерными в том смысле, в котором государственные суды формируют единый правовой подход к решению той или иной проблемы, связанной с третейским разбирательством. Поскольку судебная практика не стоит на месте, то сформированный единожды подход может впоследствии меняться, и различные практикообразующие судебные акты могут не только входить друг с другом в скрытый конфликт, но и открыто противоречить друг другу. Так или иначе, раздел носит в первую очередь практический характер, и существующая судебная практика государственных судов представляется в нём такой, какая она есть, без купюр или устранения внутренних противоречий.

24 октября 2016 г.
1257


ОПРЕДЕЛЕНИЕ  ОТ 29 СЕНТЯБРЯ 2016 ГОДА ПО ДЕЛУ №А32-22863/2016
АРБИТРАЖНОГО СУДА КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

Рубрика: ОТВОДЫ

Ключевые слова: независимость арбитра.

ФАБУЛА ДЕЛА.
Арбитражный суд Краснодарского края  отказал в выдаче исполнительного листа на решение третейского суда. Одним из оснований для отказа послужил установленный факт наличия дружеских отношений в социальной сети "В контакте", что нарушает принцип независимости арбитров.




КОММЕНТАРИИ СПЕЦИАЛИСТА.
Судебный акт комментирует Фидарис Наилович Нигматуллин,
руководитель Комитета регионального развития Национальной Третейской Палаты,
ч
лен Правления Национальной Третейской Палаты,
Председатель Третейского суда Пермского края
.




Ф.Н.Нигматуллин: В практике рассмотрения государственными судами заявлений о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда имеются случаи отказа в выдаче исполнительного листа. Некоторые из них представляют особый интерес – к числу таких можно отнести и состоявшийся судебный акт Арбитражного суда Краснодарского края при оценке вынесенного решения третейского суда в Перми. 29 сентября 2016 года Арбитражный суд Краснодарского края (дело №А32–22863/2016) по результату рассмотрения заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение одного из пермских третейских судов отказал в его выдаче, сославшись на нарушение принципов Российского права. Компетентным судом, помимо прочего, к числу оснований для принятия такого решения отнесено наличие установленных дружеских отношений между третейским судьей, являющимся и председателем третейского суда, и представителя истца. В качестве подтверждения наличия дружеских отношений суд сослался на нотариально заверенные протоколы осмотра доказательств и осмотр интернет– страницы в социальной сети «ВКонтакте». Указанный прецедент представляет особый интерес на фоне развития информационных ресурсов, в том числе многочисленных социальных сетей. Применительно к рассмотренному заявлению следует отметить, что спорным является отнесение статуса дружественных отношений в социальной сети к фактическим отношениям людей, носящим действительно дружественный характер. В описанном случае арбитражный суд внешний атрибут в социальной сети свел к жизненной ситуации субъектов, что чревато несоответствием вывода суда фактическим обстоятельствам. Особо опасным эта ситуация представляется для случаев возможного злоупотребления со стороны потенциального участника арбитража, не довольного вынесенным решением третейского суда. Ведь всем известно, что создание аккаунта в социальных сетях не представляет особой сложности. Более того, на практике наблюдается клонирование в социальных сетях личных страниц популярных людей. Сама привязка аккаунта к конкретной личности является весьма условной. Можно только предположить, что в условиях отсутствия возражений со стороны представителя истца в рамках данного дела такие дружеские отношения с председателем третейского суда все–таки имеются. Анализируя определение суда в целом, можно согласиться лишь с позицией государственного суда, что законодательство Российской Федерации содержит общее требование о том, что судьей в третейском суде может быть лицо, способное обеспечить бес- пристрастное разрешение спора, прямо или косвенно не заинтересованное в исходе дела, являющееся независимым от сторон. При этом на данное лицо в случае его возможного избрания третейским судьей возлагается обязанность сообщить о наличии обстоятельств, являющихся основаниями для его отвода. Но при этом весьма спорным является вывод о том, что описанное обстоятельство следует рассматривать как нарушение принципов Российского права. В заключение лишь можно отметить, что статус арбитра в социальной сети не должен быть положен в основу принципа Российского права. Прежде всего арбитр и сам третейский суд должны исключать случаи, подобные описанному в данной публикации, дабы исключить почву для недоверия институту третейского разбирательства.
Михаил Эдуардович Морозов    24 октября 2016 года
В данном случае, наличие такого статуса было вовсе не определяющим, а послужило лишь "спусковым крючком" для того, чтобы лучше мотивировать судебный акт. Однако, я согласен с Фидарисом, что этот статус мало о чем свидетельствует. Точнее он подтверждает факт знакомства, да и то заочного. Многих своих друзей в Фейсбуке, я не то что никогда не видел, но с многими даже не общался никогда. Так что наша дружба весьма условна. Так что доказательства должны быть общего порядка кто с кем общался и каковы были реальные отношения. Были же дела ВАС где рассматривались более тесные знакомства (в рамках одной фирмы, ВУЗа, диссертационного совета). Но и даже при таком уровне знакомства это не всегда служило основанием для отвода. Так что будет интересно, что скажет кассация, а точнее не изменит ли формулировки.
Дмитрий Андреевич Волосов    25 октября 2016 года
Если вдуматься, то в рассматриваемом деле очевидно не основание утверждать о заинтересованности арбитра Трофимова А.В., а основание констатировать, извините за невольный каламбур, некомпетентность компетентного суда: в существующей реальности действующего законодательства так называемый профиль в социальной сети вКонтакте сам по себе не является объектом права (прошу не путать с контентом профиля!), вследствие чего не может пораждать каких-либо правовых последствий. Видимо, писавший текст отказного определения пребывает в некоей иной реальности...
Если другими словами, то виртуальный профиль или страница, которая создаётся анонимно, без подтверждения личности создавшего, не может повлечь для указанного в ней лица никаких правовых последствий только в силу факта своего существования.
В принципе, симметричным ответом будет появление к кассационному рассмотрению страниц (якобы) федерального судьи Крыловой М.В. и представителя заинтересованного лица Калединой Л.П. - тоже со статусом «друзья», разумеется...
Михаил Эдуардович Морозов    25 октября 2016 года
Ход с созданием страниц был бы сильный! Лет 20 назад, когда факсы только появились никак не удавалось доказать судье, что его можно подделать. В итоге сделали расписку на получение денег за вынесение нужного решения от меня к судье с его подписью. Убедило.
Ваше имя:


Написать комментарий:


АКТУАЛЬНЫЙ НОМЕР: Журнал «ТРЕТЕЙСКИЙ СУД» №1 за 2017 год
  

НОМЕР 1 ЖУРНАЛА «ТРЕТЕЙСКИЙ СУД» В 2017 ГОДУ

Г.В.Севастьянов, к.ю.н., главный редактор журнала

НОВОЕ ТРЕТЕЙСКОЕ ВРЕМЯ - ПОДВОДИМ ИТОГИ И НАЧИНАЕМ ПРОЕКТЫ

«...За несколько последних столетий ученым и практикам так и не удалось найти общий вектор в понимании основ арбитража, как внутреннего, так и международного.

И все же, акцент на непреходящей актуальности необходим, т.к. от понимания правовой составляющей третейского разбирательства напрямую зависят результаты деятельности третейских и компетентных государственных органов, развития законодательства.

Проиллюстрировать это вполне возможно особенностями правоприменительной практики и законотворческой техники, которая либо «созвучна» «духу» арбитража как институту саморегулирования гражданского общества, что подчеркивает Конституционный Суд РФ в своем историческом постановлении №10-П от 26.05.2011, либо «диссонирует» с ним.

Настоящий номер журнала также позволяет проникнуться всей пестротой воззрений на природу третейского разбирательства и альтернативного разрешения споров в целом. Так, если О.А.Поротикова в своих рассуждениях об арбитражном соглашении по корпоративным спорам анализирует его с позиции гражданско-правовой сделки, то Р.Н.Бутенко, исследуя правовую природу адъюдикации, считает ее близкой к смешанной природе третейского разбирательства, которую хоть и разделяет О.А.Малов, однако при характеристике гражданско-правовой ответственности арбитров исходит из договорной и процессуальной теории арбитража...»