Национальная Третейская Палата
Арбитраж
Практика
Новости
26 декабря 2019 года
Итоги арбитражной реформы


В процессе подготовки к конференции, возникла необходимость провести анализ статистических данных, которые бы показали реальные последствия арбитражной реформы. Результаты такого исследования оказались весьма противоречивыми, с точки зрения их соотнесения с поставленными задачами.Для этого информация была структурирована в виде слайдов.

Прежде всего, стоит обратить внимание нато, по каким вопросам обращались в арбитражные суды применительно к арбитражному разбирательству (слайд 2) .И тут статистика весьма впечатляющая: наибольший рост демонстрирует рост обращений по третейским судам adhoc, которые представляю почти треть от общего числа обращений. Второй по значимости сегмент это приведение в исполнение решений вынесенных до реформы, не стоит учитывать, поскольку он лишь последствие прошлого. ПДАУ занимают около 40 % всех дел, но при этом значительная часть этих дел, это наследие прошлого, т.е. дела которые эти институты рассматривали ранее как третейские суды просто перетекли в ПДАУ. Исключение представляет ИСА, но и в нем большая часть дел появилась в результате поглощения третейского суда Росатом. Т.е. рост числа дел есть, но он не столь значителен. Вывод:по итогам реформы перетока дел в ПДАУ не произошло. Некоторая часть ушла в ad hoc, но большая часть перешла в систему государственных судов.








Этот слайд позволяет судить о качестве выносимых арбитражных решений. Тут нужно признать, что качество это оказалось у ПДАУ очевидно выше чем у adhoc, причем кардинально. Если у ПДАУ количество отмен по сравнению с количеством рассмотренных дел практически остались на уровне присущем дореформенным судам, то ad hoc побил все рекорды по процентам отмены.  То же самое касается  и отмен по приводимым в исполнение дореформенным решениям, старых третейских судов. Там процент отмен вырос  кардинально. Это явление сугубо временное, но ясно показывающее, как именно пытаются легализовать незаконные схемы на современном этапе.
Вывод: качество рассмотрения институционального арбитража осталось на прежнем уровне, а качество решений ad hoc стало удивительно низким. Это может свидетельствовать о двух положениях:  или в арбитры пошли люди не понимающие суть арбитража или именно и туда и сместились злоупотребления  правом. Если подвергнуть анализу судебные актов ad hoc, то будет явно видна неоднородность качества решений ad hoc.  Так среди таких решений есть решения высокопрофессиональные по которым исполнительные листы выдаются без особых проблем и решения уровень которых ниже всякой критики. Это позволяет сделать крайне важный вывод - уже начался процесс разделения арбитража и в этом сегменте по уровню профессионализма.




Слайд  позволяет сделать вывод, что Новосибирск относится к числу самых проарбитражных регионов. Он оказался знаменателен тем, что при достаточно большом количестве рассматриваемых дел,  количество отказов  в выдаче исполнительного листа, совершенно отсутствует.  При том, что существуют дела по которым сложно предположить, что такой лист будет выдан.  Например дело А45-18975/2019, текст арбитражной оговорки «споры подлежат рассмотрению в Западно-Сибирском независимом третейском суде (г. Новосибирск), в соответствии с его Регламентом» Соглашением сторон был выбран единоличный арбитр.Указанный спор квалифицирован арбитражным судом как ad hoc, поскольку в решении указано, что оно вынесено арбитром ad hoc. Лист выдан.
Тот же подход о квалификации арбитра как ad hoc только на основании того, что так его позиционирует третейский суд в деле А45-28458/2019 и деле  А45-6963/2019.  По факту спор рассмотрен третейским судом не имеющим разрешения и кто администрировал спор четко видно из текста определения суда! Исполнительный лист выдан, а с ответчика даже взыскан арбитражный сбор в пользу третейского суда, т.е. НКО, которая незаконно администрировала спор.






Слайд четко демонстрирует причины,по которым было отказано в приведении в исполнение решений судов ad hoc. Как не сложно заметить, основными причинами отмены таких решений стало смешение злоупотреблений из ПДТС в ad hoc. Часть нарушений связана со скрытым администрирование и она никак не свидетельствует о низком качестве решения, но все остальные нарушения являются показателем использования ad hoc как инструмента злоупотреблений. Насколько далеко зайдет этот процесс время покажет, но можно отметить, что дело тут вовсе не в ad hoc, как и ранее дело было не в третейских судах. Просто имеет место явление использование арбитража в сомнительных схемах. Как только этот механизм перестанет быть эффективным, он умрет естественной смертью. В данном случае, посредством судебного контроля может быть ликвидирован очаг злоупотреблений. И с этой точки зрения большой процент отмены решений ad hoc может быть весьма хорошим индикатором, свидетельствующим о том, что незаконные решения не будут легализованы.





В качестве общего вывода об итогах реформы и развитию ad hoc арбитража в России можно отметить следующее.  Исходя из общего числа рассмотренных дел, можно сделать вывод, что арбитраж стал точечным явлением распространенным лишь в нескольких регионах.  Дела которые рассматривались ранее третейскими судами не перешли в новые ПДАУ. Большая их часть перешла в госсуды, а оставшаяся часть использует ad hoc арбитраж.  Достичь повышения качества арбитража так же не удалось, что четко видно по числу  и основаниям отмененных решений. 
Ad hoc  как явление стоит признать состоявшимся явлением, но в то же время на этом этапе он используется как замена институциональному арбитражу, который стал недоступен в регионах. Ad hoc  как и дореформенные третейские суды так же четко сегментирован,  на здоровый фрагмент и  тот, который используется для злоупотреблений. В любом случае, расти до дореформенного уровня арбитражу еще весьма долго и за счет чего это произойдет зависит от государственной политики. Однако,  Минюст скорее всего продолжит линию на маргинализацию всего кроме арбитража через ПДАУ.  Если судебная система последует тем же курсом, то  у арбитража нет шансов восстановиться до прежнего уровня в обозримом будущем.  Если же реакция будет точечной, т.е. путем отделения агнцев от козлищ, то арбитраж может стать именно тем, чем он должен быть - доступным и признаваемым альтернативным способом разрешения споров,  
АКТУАЛЬНАЯ ПУБЛИКАЦИЯ. Статья М.Э.Морозова

      
ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ОСПАРИВАНИЯ ОТКАЗА
В ВЫДАЧЕ РАЗРЕШЕНИЯ НА АДМИНИСТРИРОВАНИЕ АРБИТРАЖА


М.Э.МОРОЗОВ, председатель Национальной Третейской Палаты, председатель Сибирского третейского суда, старший преподаватель Новосибирского государственного университета

В статье рассматриваются процессуальные проблемы оспаривания отказа в выдаче в выдаче разрешения на администрирование арбитража. Исследуется возможность отмены решения составом третейского суда, а также создания в третейском суде вышестоящих инстанций.
Ключевые слова: судебная практика, арбитраж, оспаривание ненормативных актов.



«...Принятие закона «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» кардинально изменило подход к «судоустройству» арбитражей. Произошла смена уведомительного порядка на разрешительный, причем реализуемый по самому жесткому сценарию. Кроме наличия трудновыполнимых требований, он характеризуется многоступенчатостью процедуры получения разрешения, при этом на основе крайне расплывчатых критериев...
Создание явно затруднительного порядка получения разрешения вызвало среди юристов вполне предсказуемую реакцию: если будет отказ, то он будет оспорен в суде. Исходя из этого, было бы весьма интересно проанализировать процессуальные аспекты грядущих споров по этому вопросу, а также перспективы рассмотрения таких споров
...»


Статья опубликована в №6 журнала «Третейский суд» за 2016 год.