Рассказывать, как развивалось третейское разбирательство в России - не благодарное занятие, такое исследование было блестяще проведено А.И. Вициным и А.Ф. Волковым еще в 19 веке. В современной России представляют интерес тенденции развития третейских судов. Бурный рост третейских судов пришелся на 90-е годы, когда они возникали при биржах. Естественно, что такие третейские суды были узко специализированными и рассматривали только биржевые споры. Принятие Временного положения о разрешении экономических споров третейским судом дало мощный толчок к развитию третейского разбирательства, определив его регулирование. Третейские суды стали возникать десятками и сотнями, при этом почти все они были универсальной компетенции. Обращало на себя внимание то, что большинство создавалось в системе торгово-промышленной палаты и юридическими фирмами. Объединения предпринимателей создавали третейские суды не столь часто. Легкость создания третейского суда приводила к обманчивому впечатлению, что это весьма простое дело. Как результат - большинство третейских судов или вообще не начали работать или фактически перестали существовать, рассмотрев несколько дел, переданных в суд своими же учредителями. Кстати, именно это обстоятельство часто приводило к угасанию третейского суда, поскольку потеря доверия при такой организации была неизбежна. Хотя по своей природе третейский суд должен обладать независимостью, по факту споры учредителя третейского суда с контрагентами получили значительное распространение. Следует признать, что не все третейские суды смогли побороть искушение и выстроить беспристрастное третейское разбирательство. Наиболее яркие примеры, когда такая система была выстроена, и третейский суд реально беспристрастно рассматривает дела именно за счет выстраивания правильной процедуры - это третейские суды РАО ЕЭС и Газпром. На сегодняшний момент можно говорить, что период бурного развития третейских судов закончился. Костяк уже сформирован, и новые третейские суды возникают не часто, а только, когда есть действительно сильное желание приобщиться к третейскому разбирательству. Согласно Всероссийской переписи третейских судов, проведенной журналом «Третейский суд» , на сегодня реально действуют около 200 третейских судов. Из этой переписи можно сделать несколько выводов. Во-первых, что, хотя, третейские суды есть почти везде на территории России, но центр их притяжения - столицы субъектов РФ. Плотность третейских судов также различна. Можно выделить несколько центров, где третейское разбирательство наиболее развито: Москва, Санкт-Петербург, Северный Кавказ, Новосибирск. Особняком здесь стоит Северный Кавказ, где много третейских судов, а главное, именно там получило распространение такое явление, как создание отдельных офисов третейского суда в других городах. Наиболее яркий тому пример - Межрегиональный третейский суд со штаб квартирой в г.Армавир, развивший свою сеть офисов на Северном Кавказе. На развитие третейских судов в значительной мере влияют не только их преимущества, но и определенные субъективные, психологические факторы. Так, не секрет, что судьи третейских судов более доступны для общения, обстановка самого судебного заседания несколько комфортнее (в том числе психологически), чем в государственном суде. Немаловажным фактором, послужившим стимулом к использованию третейской оговорки юристами является их личное знакомство с арбитрами третейских судов, что само по себе делает судебный процесс менее напряженным. Однако ответ на вопрос о причинах обращения в третейский суд не так прост, как это представляется на первый взгляд. Достаточно известны такие особенности третейского разбирательства, как большая скорость рассмотрения спора, более дешевая процедура, менее формальный подход, возможность выбрать арбитра и так далее. При более глубоком анализе можно выделить несколько групп субъектов, для которых указанные преимущества третейского разбирательства стоят на втором плане. Помимо вышеизложенных мотивов есть не менее значимые, которые не афишируются, но имеются в виду сторонами. Помимо очевидной и наиболее распространенной цели обращения в суд для реального разрешения спора многие организации используют процедуру третейского разбирательства и для достижения иных целей. Такими наиболее значимыми целями являются: · Документальное закрепление передачи имущества от одной организации другой. Иногда оформление такой сделки просто договором не всегда уместно ввиду внимания к ней контролирующих органов, акционеров, кредиторов и т.д. Совсем иное дело, если для постороннего наблюдателя все будет выглядеть как принудительное (через суд) обращение взыскания на имущество или передача его в ходе процесса по мировому соглашению. · Закрепление в решении суда определенных фактов. Хотя, установленные решением третейского суда факты и не являются преюдициальными в полном смысле этого слова (практика арбитражных судов противоречива по этому вопросу) но, тем не менее, дальнейшее доказывание значительно облегчается. Решение в этом случае играет роль концентрированного выражения доказательств. Кроме того, оно позволяет зафиксировать позиции сторон, что не дает им возможность изменять в дальнейшем свою позицию. · Зачастую цель третейского разбирательства - официальное закрепление существующих неформальных договоренностей, то есть, фактически, речь идет об утверждении мирового соглашения. Этот способ притягателен для сторон тем, что, в отличие от фиксации этих же соглашений обычной сделкой, в последнем случае ей придается большая юридическая сила и возможность более быстрого реагирования в случае нарушения условий достигнутого соглашения (получение исполнительного листа без повторного судебного разбирательства). Кроме того, прежние отношения сторон, безусловно, прекращаются и возврат к ним невозможен, в силу процессуальной невозможности обратиться в суд с тем же иском. · Еще более прозаическая цель получения решения третейского суда - необходимость уменьшить прибыль организации (следовательно, и налог), поскольку решение о взыскании или мировое соглашение - это присуждение (признания) штрафа, уменьшающего налог на прибыль. Оспорить эти обстоятельства при наличии решения суда налоговым органам весьма затруднительно. · Часто споры об убытках и штрафах, преследуют цель не налоговую, но гражданско-правовую, а именно фиксацию убытков для дальнейшего регрессного иска. При наличии решения суда по обстоятельствам возникновения и размеру убытков гораздо легче обосновать их реальность в дальнейшем судебном процессе, в том числе и в государственном суде. · Еще одна цель - не столько реальное получение долга, а списание безнадежного долга для "вычищения" баланса. Для многих организаций правильное соотношение различных статей баланса весьма актуально, поскольку свидетельствует о финансовой устойчивости и качестве управления. В этом случае использование такого преимущества третейского разбирательства, как скорость, позволяет в более короткий срок получить исполнительный лист на взыскание задолженности, и, тем самым, существенно уменьшить срок списания долга как безнадежного с отнесением его на финансовый результат, что также благотворно отражается на налоговой базе. · Была распространена такая категория дел, как иски о признании права собственности, а так же споры, связанные с недвижимостью. Цель такого спора - установить право собственности за определенными лицами. По поводу этой категории дел необходимо заметить, что, как и в предыдущих категориях дел, здесь зачастую нет реального спора, но по формальным признакам, третейский суд компетентен решить такой спор. Но ведь в силу такого решения за одной из сторон признается право собственности на вещь. Во многих субъектах федерации органы, регистрирующие сделки с недвижимостью, воспринимают решения третейских судов как основание к регистрации прав на недвижимое имущество, основываясь на положениях ст.28 закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним». Правда, в последнее время судебная практика стоит на позиции, что решение третейского суда не является основанием для регистрации прав на недвижимость. Столь различные цели обращения в третейский суд, безусловно, не декларируются организациями, их преследующими, хотя, судьи могут о них догадаться. Да и не только третейский суд используется как инструмент для опробования различных юридических технологий. Подобные обращения - не редкость и в государственный суд, но там такие иски растворяются в огромной массе других, а потому не столь выделяются. При этом стоит отметить, что полученное таким способом судебное решение является вполне легитимным. По всем формальным критериям оно полностью соответствуют как нормам материального права, так и процессуальным нормам. Как и другие судебные органы, третейский суд обязан принять к рассмотрению заявленное требование и рассмотреть дело, опираясь на представленные сторонами доказательства и нормы права. Суд не вправе уклониться от разрешения дела по существу, даже если ему кажется, что спор является надуманным. Более того, как раз когда стороны стремятся к достижению таких целей, они гораздо тщательнее готовятся к процессу. Их требования, доказательства, позиция сторон в процессе, как правило, безупречны с правовой точки зрения, а решение суда, зачастую, заранее предопределено именно такой позицией самих сторон, а потому и не вызывает вопросов у судей. Такие различные интересы предпринимателей и желание третейских судов начать реальную работу приводят к прямо противоположным последствиям. С одной стороны, предприниматели получили возможность достичь своих целей в упрощенном порядке через третейский суд, что повысило интерес к третейскому разбирательству, но, с другой стороны, именно это обстоятельство приводило к тому, что третейские суды в глазах предпринимателей стали ассоциироваться не с правосудием или органом, куда следует передавать спор для его объективного разрешения, а с упрощенным механизмом получения нужного решения. Зачастую вопрос ставится так: «я включу в договор третейское соглашение, если вы гарантируете мне победу в споре». Конечно, это явление не носит массового характера, но такие тенденции отчетливо присутствуют. Более того, увлеченность третейских судов именно такими способами привлечения к себе клиентов приводит сначала к росту числа споров, но потом к неизбежному их спаду. Поскольку именно доверие к третейскому суду, как к независимому и компетентному органу, лежит в основе третейского разбирательства. Теперь о качестве решений третейских судов. К сожалению, отношение к третейским судам со стороны судейского сообщества отнюдь не всегда доброжелательное. Скорее, оно как к младшему недоразвитому брату, сопряженное с убежденностью в низком качестве решений третейских судов. Негосударственная юрисдикция не является новым способом урегулирования споров. Третейский суд в ряду форм защиты прав занимал далеко не последнее место, а с учетом современных тенденций он явно выдвигается на первый план. Достаточно длительные традиции использования негосударственной юрисдикции в СССР определили этим формам защиты прав свое место в системе органов по защите гражданских прав. КТС, товарищеские суды, хотя и не осуществляли правосудие, но вполне органично вписывались в систему органов по защите гражданских прав. Эти формы защиты гражданских прав предусматривали, что их решения обладали свойствами, близкими к решению государственного суда, по крайней мере, в части их общеобязательности. Поскольку эти формы защиты, в отличие от третейских судов, были широко распространены и реально работали, государство и наука были вынуждены определить им свое место и разработать определенное отношение к результатам их деятельности. Механизмом защиты от принятия незаконных и не обоснованных решений служила возможность отмены решения по жалобе стороны, чьи интересы были им затронуты. В случае же отсутствия такого обжалования решения становились общеобязательными (в случае с КТС - автоматически, решения товарищеского суда - при выдаче исполнительного листа народным судом). Автору представляется, что распространение подобного подхода в отношении третейского суда было бы вполне логичным. Обычным доводом против придания решению третейского суда силы государственного суда выступает частный характер его актов и то, что частные лица с неясной профессиональной компетентностью не могут принимать решения того же статуса, что и государственные судьи. Существование негосударственных форм юрисдикции в течение советского периода, подтверждает обоснованность сложившегося государственного подхода к статусу этих органов. Они с успехом выполняли свою социальную роль и не являлись источниками серьезных правовых проблем, вызванных низким качеством их решений. В настоящее время нет оснований утверждать, что третейские суды станут источниками злоупотреблений правами или будут ущемлять права путем принятия решений. Указанные рассуждения позволяют сделать довольно парадоксальный вывод: предложения о наделении решений третейских судов силой исполнительного документа вовсе не лишены оснований. Во всяком случае, реализация такого предложения не приведет к значительным нарушениям, но позволит существенно повысить эффективность такой формы защиты прав и до некоторой степени разгрузить судебную систему. В системе арбитражных судов в 2006г. в апелляционном порядке было отменено 2,3% дел и 1,9% в кассационном. В системе судов общей юрисдикции показатели, характеризующие процент отмены решения суда первой инстанции, близки к показателям в арбитражных судах и составляют 2,2% от общего числа решений. Статистические данные о деятельности системы арбитражных судов за 2002-2006гг. говорят о росте количества дел об оспаривании решений третейских судов и дел о выдаче исполнительного листа на решение третейского суда до 30% в год. Автор воспользовался и статистическими данными Новосибирского арбитражного суда. В 2006г. поступило 13 заявлений об отмене решения третейского суда, удовлетворенных нет; а из 67 заявлений на выдачу исполнительного листа удовлетворено 60. Таким образом, за год суд отказался легитимизировать 7 решений третейских судов из 80 обращений по этому поводу. Очевидно, что в указанную статистику не попало значительное число решений третейских судов, которые исполнены добровольно или не были оспорены, то есть, не были объектом контроля судебной системы. Данные цифры могут свидетельствовать о том, что качество негосударственного разрешения споров не намного ниже, чем в государственной судебной системе. Создание третейского суда - процесс, не требующий больших финансовых или организационных затрат. Однако это обстоятельство не должно создавать иллюзию легкости уже потому, что третейское разбирательство это вообще не бизнес, даже если доходы превышают расходы. Развитие третейского суда происходит лишь при условии, когда люди загорелись этой идеей и готовы продвигать ее долгое время. Поэтому когда такой идеей начинают заниматься из научного интереса или воспринимают это как бизнес, то вероятнее всего такой суд не будет работать. Другое дело, когда за это берутся объединения предпринимателей или серьезные юридические фирмы. Здесь совсем уже иная мотивация: не получение дохода, создание условий для развития бизнеса или предоставление своим партнерам наилучших условий для повышения эффективности правовой работы. Развитие третейского разбирательства в России произойдет при наличии двух базовых условий: когда государство начнет реально поддерживать третейские суды путем признания их необходимым элементом правовой культуры и будет видеть в них равнозначный способ защиты прав. Вторым условием должно быть изменение менталитета предпринимателей. К сожалению, большинство судящихся сторон вовсе не желает разрешить правовой конфликт через справедливое судебное решение. Сегодня выиграть дело с помощью процессуальных уловок или уклониться от исполнения решения суда считается большей доблестью, чем добросовестно признать за собой наличие обязательства. В такой ситуации сторонам урегулирование разногласий не особенно нужно, хотя именно этот мотив и является базой для развития третейского разбирательства. Тем не менее, общемировая тенденция свидетельствует, что третейское разбирательство будет развиваться и, прежде всего, за счет третейских судов универсальной компетенции. Будет проходить их становление в крупных городах, не являющихся столицами субъектов федерации. Даже отсутствие реальной помощи со стороны государства не препятствует умеренному росту числа дел, рассмотренных третейскими судами. Это говорит о том, что резервы роста еще далеки от исчерпания. Фактически еще и не начиналась кампания по пропаганде третейского суда среди предпринимателей. Она велась лишь фрагментарно, отдельными третейскими судами. Так что, у третейского разбирательства все еще впереди.
